- На той, по которой даже не скажешь, что она умеет готовить вкусный ужин и подавать домашние опорки, - закончила она.

Сосед покорно стоял у окна. Да, вроде бы отбывал службу в церкви. Не возводя глаза из нее, обреченно отпускал ее. Поскольку всегда подходила секунда, когда ее жужмом стягивали из подоконника и она исчезала.

- . ты такое холоднюче, как лягушонок, - шептал человек, согревая ее поцелуями, - просто боготворю эти холодные осенние утра, когда прощаешься со своими розами. ты . просто невероятная. ты.

слов больше не было. на ее грудь падали лепестки цветков, которые готовились в небо.

Однако всегда приходила фатальная минута, когда появлялась и, которую она ненавидела больше всего. День, что ярким светом выгонял людей из своих домов, принуждал ее делать один и тот же ритуал. Но, собственно, ничего ужасного вроде бы и не происходили. Как все нормальные люди, она должна была брать гребень и расчесывать волосы.

- . ну «вот». - ее фраза была всегда неизменной, когда блестящий шелк черного волосу ровно, почти под линейку, накрывал плечи.

- . слушай, что значит вот твое «ну вот», когда ты расчесываешься? - Тщательным образом завязывая галстук, спросил человек.

- (.?) ты ничего не замечаешь. - растерянно сказала она.

- . почему же, не замечаю? - Рядом со мной стоит очень красивая женщина, моя. женщина.

- . это так, если бы ты сказал - я имею красивый галстук, она моя - даже чек сохранил, покупая ее.

- . слушай - чего кусаешься? Ты же прекрасно понятна - что я имел в виду в действительности.

- . но ты сам захотел узнать, что означает мое «ну вот», - с ощутимой иронией в голосе ответила она.

- . господи, тебе никогда не вгодиш. Но, - глядя на часы, - мне время идти. НЕ сердюкайся. До вечера! - Улыбаясь так, словно ничего и не произошло, весело сказал он.