Остановился, посовався немного костылями, чтобы переменить осанку. Голос упівця все виразнішав и становился громче. Зато глаза власть предержащего и его почтения начали помалу терять іскряність. Кто-то поправлял воротничок, кто-то зевал.

- Но таки добыли в борьбе, знаете. Недаром умирали, кровь проливали. И свою, и ворожу... «Кандалы порвіте и вражьей злой кровью волю окропіте.» Бог все видит и меня простит. А я таки скажу, что хотел. Искренне скажу, знаете. Потому что у меня одна нога здесь, знаете, а вторая уже там. А они уже там. Почти все. Настоящие Герои Украины! И недаром они умирали. Поэтому у нас есть это. Вот! Праздники Наша Иметь Украино!

Старик поднял вверх поджарую искалеченную руку. Взгляды всей площади полетели за этим движением к резвому флагу над сельсоветом.

- Чем гордиться есть. За что Богови дякувать. Как уже есть то есть. Этого, знаете, уже никто не поцупе. Ни Гитлер, ни Сталин. Ни Москва, ни... Знаете что, най в настоящее время хотя и москалям... Бог дает! Но пусть они будут живі-здорові. Пусть хотя и сто лет живут себе там в Московии, как к нам не лезут. Бог милосерден и мужелюбив. Даровал нам наше достижение. Наша теперь Украина! Свободная и Независимая! Самостоятельная и Соборная! Как в «Завещании» своим наш Кобзарь завещал.

Опять обтерел слезы, высморкался. Вытянул из кармана пиджака загорточок в оранжевой цератовій котомке с надписью «ТАК!». Бережко достал оттуда антикварную книжечу карманного размера и протянул ее достопочтенному гостю из Киева.

- Вот, Вельмиповажний Пане. Настоящий «Кобзарь»! Это, знаете, редкое издание Ентеша. Шевченкове общество в Вене. Еще довоенное. Я его около сердца. Знаете, как то было. Днем и ночью. Всегда при мне, знаете. Не дал кагебістській сволочи «Кобзаря» отобрать. На Сибирах или по Гулагах. Знаете, най мне ноги отсекло. Ампутация и такое все, но «Кобзаря» не отдам. Шевченко не продам, никогда не буду предавать! Потому что это есть наше все! Ноги мне в тюремном госпиталю. Видите?