Так держит себя настоящий хазяйливий хозяин на собственном обісті. Вот курчатка у него чирикают, а вот петушки с курицами гребут. Вот козы хвостиками выигрывают, а эвон козлы тщеславно перемалывают сочную травку. Здесь волы с буренками удовлетворено мурлыкают. Там откормленные боровы со свиньями хрюкают. А онендо на пасеке работяще гудят пчелки по ульям - пышное украшение пасечника. Красиво все есть. Очарована красота глаз милует. Это все бережно заладнав, присмотрел и сделал заботливый отец казацкого рода. Того, которому нет переводу. Проводник Нации! С большой буквы обе слове...

Последним достопочтенного правительственного чиновника поздравил древний инвалид на костылях, убраний в обильно повишивану рубашку и потрепан пиджак. Сухеньке морщинистое лицо украшалось пышными и седыми, обвислыми кобзаревими усами. Как на поздних потретах Тараса Григорьевича. На седом челе дідугана самодельная фуражка-мазепинка, которыми теперь гордятся ветераны УПА. Спереди на мазепинці, в клине отороченном желтой бечевкой, чернела пойржавлена кокарда с трезубом. По-видимому еще с тех времен. Пальцы на руках частично повідсічено. Ниже коленей вместо ног - деревянные клюке. На лице отметились ужасные рубцы, левый глаз стеклянный. А из правого струилась цівочка радостных слез. На груди у старика не было ни одного советского ордену или медали.

Ветеран-упівець растроганно высморкался в запацьорену тряпочку и обтерел слезу, а тогда вернулся к достопочтенному гостю. Толпа затаила дыхание. Было слышно только как стрекочут телекамеры и зоддаля селом валують гавкуни. Из динамиков на площади полетело было тяжелое дыхание в микрофон. Аж вот наконец старик заговорил. Хриплый голос дрожал от волнения и урочистости момента:

- Шанов-. уважаемый па-. пане. наш дорогой и уважаемый Пане! Наконец к нам! Вот, значе, уже приехали. Аж из самого Киева пожаловали. Понимаю, то столица, там «и Днепр и кручи.. ». Звидтам, как говорят... «Было видно, было слышать, как ревет ревучий.» А я вам что-то скажу, знаете. Искренне скажу. Сегодня уже такой день. Бог все видит и меня простит. А я скажу. Потому что я старый человек, знаете.