11.10.2006 г.


Черная кавалькада правительственных мерседесов промелькнула указатель «Андриивка» и на тормозах вкатилась в село. Из-за крепких заборов выглядывали сливки обильных вишневых садиков и шиферные крыши. Ладные кирпичные избушки наїжачувалися телевизионными антеннами. Кое-где вместо антенн, а местами и рядом с ними, торчали спутниковые тарелки. Отовсюду селом из-за раскрашенных бодрыми цветами заборов бряжчали цепями, валували и рвались из припон свирепые псы.

Автомобильная валка подкаталась под сельсовет. На крыльце с полотенцами и хлебом-солью и на площади вокруг скоплялись радостные крестьяне в праздничных вышивках. Над сельсоветом бойко реял национальный флаг.

Заляскали дверцы мерседесов. С хвоста кавалькады до крыльца почухрали наперегонки столичные журналисты, фотокиры, телеоператоры. Периметром заняли тактические позиции крепкие ребята в костюмах и черных очках. Медийная братия засуетилась вокруг главного мерса. Наконец отворились бронированные дверцы. Наружу торжественно вышли достопочтенные власть предержащие из Киева, дружно вобранные вроде бы в однострій в изделия высокой портнихи Brioni и Zilli.

Вмиг толпа на крыльце и на площади перед сельсоветом заволновалась. Поднялись аплодисменты. Зазвучали возгласы «Слава! Слава!» Защелкали фотоаппараты. Задзумкотили телекамеры в поисках идеальной картинки.

Многоуважаемый правительственный руководитель, окружаемый сановным почтением, почтенно направился к крыльцу. Взял охапку цветов из рук красавиц в вышивках, отломал кусок каравая, макнул в соль, задумчиво пожував, проглотил. С приятностью расцеловал миловидных молодых женщин, которые было совсем зарделись. Сивочелий дідуган-пенсионер с советскими орденами на груди поднес ему чарчину, полную аж доверху. За казацким обычаем, на шаблюці. Власть предержащий не опозорился. Осторожно принял из рук пенсионера казацкое честное оружие с рюмкой на закаляемом лезвии.