Они туда-сюда передвигали свои почти одинаковые сумки, а иногда кое-кто мог и поклацати правыми краеугольными зубами. Был заказан чай, ложечки лежали отдельно, в ложечках звонко танцевала живая музыка, а отдельные смешинки перескакивали через стенки на соседние столы. Один из Олегив не совсем корректно процитировал: „может, портрет доріана греющего почитать?”, все еще раз просмеялись и, обменявшись парой незначащих слов, просто позабирали те звонкие ложечки по своим сумкам. А затем молча оставили и этот генделик. Это была вторая маленькая Победа над капитализмом!

Юля с блестящим вужиком в шарфе и два Олеги достали каждый по каштанчику с прошлого месяца и аккуратно пометали их в сторону светлой колоннады. Тогда Юля пошла на метро, а Олеги на маршрутку.

В маршрутці два Олеги обменивались фразами.

- Представляешь, если бы в настоящий момент нас еще и не заметил контролер?

- Это было бы классно.

- Да, это было бы просто замечательно.

И потому два Олеги сильнее сжали пальцами обпласмащені трубки под крышей микроавтобуса, за которых держались все пассажиры. И продолжали неясные улыбаться. И временами немного продвигались налево или справа, чтобы другим пассажирам было удобно. И скоростная Лыбидь разбрасывала кораблики темно желтого света на мост, на размашистые рисунки и на поезда северо-восточных нпрямків, только не все это замечали. И контролер в микроавтобусе почему-то обошел обоих Олегив, не спитався в них денег за проезд, подвергнув их добровольной неуплате. Это была третья маленькая Победа над капитализмом...

Два Олеги устало отворили двери седьмого гуртожитка и поднялись на третий этаж, иногда касаясь поручней. В комнате стояла двухэтажная кровать с желтыми тигровыми полосами. Один из Олегив, как хозяин, лег на нижний этаж, а второй, как гость, - на второй. Он удивленно глядел минуты четыре на неожиданно близкий меловой потолок, медленно боднул баклажку минералки, которая лежала в ногах, а затем крепко заснул. И как знать - может, это была еще одна маленькая Победа над капитализмом?