23.10.2007 г.

Иногда Она приходила к пониманию, но сил хватало лишь на то, чтобы вспоминать...

Всю свою сознательную жизнь Ее Душа искала справедливости. Отдельно в людях, отдельно в законах, что ими правили. Но, к величайшему сожалению, все проблемы в жизни развязывались очень простым и тривиальным способом - знакомство, деньги, секс. Выше всякого писаного закона может быть только человеческая совесть. Но даже ему не было места среди нездоровых амбиций маленьких людців, что считали себя чуть ли не обладателями чужих долей.

Достигнув определенного возраста, Она подсознательно ожидала Больших Изменений - именно Жизнь должна была бы уже расставить все на свои места. Но последние события, которые сыпались Ей под ноги как серый осенний дождь, вели к противоположному, потому что „на место” все время ставили Ее. „Сиди и не рыпайся”, - шипели Дни и Ночи. „Ожидай!”, - приказывал чей-то до боли знакомый голос, обрывая даже мысли о будущем. „Хочешь чудеса?!”, - немотно издевались зеркала и беззвучно хохотали прямо в лицо. Сахаючись от них, Она в конце концов поняла, что мордовала сама себя. Потому что там, в Зазеркалье была тоже Она - И, что потеряла Веру.

А вокруг бурлила жизнь. На смену одному времени года приходила другая. Люди рождались и умирали, приходили и шли прочь, мудрит жить и работать, любить и ненавидеть, отдыхать в пределах страны и за ее границами. Даже размножались, не думая о той грязи, в которую впоследствии придется бросить своих потомков. Кто-то тянул эту „лямку” самостоятельно, кто-то с помощью родственников, кто-то за счет любовниц и любовников, а кому-то выпадал счастливый билет в суперигре „Жизни”.

Только Она в свои тридцать три года, будто и не замечая реальность, искала справедливости.

Говорят - в жизни, как на длинной ниве. Произошли так, что Она тоже встретила Его. Тогда Он напоминал Ей Иисуса, уже преданного и, казалось, навсегда раздавленного іудами. После нескольких лет гордого, независимого барахтания возникло желание поддержать хотя бы одного человека, а слишком Его - гордого, одинокого затворника.