Лео.
Когда Лео родился, все резко изменилось. Родители перевели все свое внимание на него, а на их лицах светились улыбки. Лео повсеместно помогал им
сохранять душевное равновесие, пользуясь способностью радовать окружающих блаженным сиянием. Я же перестал бродить по холму, считая, что та самая волнующая
меня цель достигнута. Пусть я и не увидел Край Земли. Лишь иногда, когда я сидел вечером у окна и смотрел на родную мне возвышенность, меня посещала мысль,
что светлячок наверняка знает, где он находится.
Думаю, холм так и остался бы просто элементом местного ландшафта, если бы в один день я не почувствовал, что что-то снова начало меняться в нашем
нашедшем покой семейном мирке. В доме воцарилась некая атмосфера отчаяния. Я часто слышал, как по вечерам рыдала мать, и если раньше отец кричал на нее, то
теперь он тихо сидел и успокаивал ее. Я видел, как меняются их лица при моем появлении, и мама тщательно пыталась скрыть слезы, когда Лео забегал в комнату.
От меня же было сложно что-то скрыть. Тогда я решил рассказать Лео о Крае Земли…
— Что, все, что захочешь? – прыгал от возбуждения Лео, скрипя кроватью.
— Все, о чем ты только мог мечтать. А если ты вдруг разобьешь коленку, то ты придешь туда, и она перестанет болеть, заживет и будет как новенькая.
— Вот это да, здорово! – закричал он, вслед за чем в комнату заглянули родители, и у мамы на лице появилась долгожданная улыбка, что было большой
редкостью в последнее время.
— Давай сегодня пойдем, поищем, – Лео никак не мог угомониться.
— Нет, сегодня тебе нельзя. Мама сказала. Пойдем в конце недели.
Моим ответом он явно был неудовлетворен. Но в то же воскресенье после обеда мы пошли на поиски волшебного Края. Лео захватил с собой Тедди, и мы
двинулись по направлению к заветному холму…
Подойдя к подножию, мы остановились. Точнее остановился я, Лео же неистово рвался вперед, и я с заметным усилием упросил его быть терпеливее. В этот
момент мне всегда было трудно двинуться дальше. Мне казалось, что от того, как я сделаю первый шаг к вершине, зависит исход этого маленького, но в то же
время необъятного по замыслу паломничества. За эти годы у меня сложилось мнение, что человек, которому принадлежит этот шаг, должен быть чист душой, и
найдет Край Земли, только если он действительно в этом нуждается. Лео нуждался… Но он об этом конечно не знал, а я стоял теперь, чувствуя как никогда
огромную ответственность за него.
Здесь, у подножия, каждый мог видеть иллюзию края земли. Холм занимал так много места, что из-за него невозможно было видеть другую половину мира, ту,
что была скрыта от нас. Всем известно, что линия горизонта всегда остается на одинаковом расстоянии от наблюдателя. То есть вы никогда не достигнете ее.
Здесь же она именно приближалась. Казалось, за холмом действительно ничего нет. Ничего кроме бесконечного океана из облаков.